Страховка от врача

Страховка от врачаС 2013 г. государство рассчитывает ввести обязательное страхование пациентов от врачебных ошибок. Авторы законопроекта, который Госдума рассмотрит весной, предлагают революционную схему: для получения компенсации пациенту не нужно доказывать вину врача – главное, что лечение нанесло вред его здоровью. За смерть пациента планируют выплачивать 2 млн. рублей, за инвалидность – от 500 тыс. до 1,5 миллиона. Проблема в том, что в России даже такое прогрессивное нововведение может обернуться очередной «чёрной дырой».

Ошибочка вышла

Никто не знает, сколько россиян становятся жертвами врачебных ошибок. Есть американская статистика: от неправильного лечения ежегодно умирают 100 тыс. граждан США. В российской «Лиге защиты пациентов» прикинули, что население нашей страны в два раза меньше – значит, не менее 50 тысяч. При условии, что отечественная медицина по качеству не уступает американской.

Врачебные ошибки с 2017 года обойдутся государству дорого

Через пять лет в России решено ввести организованную систему страхования личной ответственности врачей перед пациентами. В год на эти цели будет зарезервировано до 20 млрд рублей. Эксперты уже подсчитали: если выплачивать максимальную компенсацию, денег хватит на 10 тыс пострадавших от похода в больницу.

Дорого ошибаться

Сейчас конфликты между врачами и пациентами — дело темное. По статистике Федерального фонда обязательного медицинского страхования, каждый год российские суды рассматривают не более 400 исковых заявлений к медучреждениям. Пациенты выигрывают две трети дел. Максимальная компенсация на данный момент — за смерть клиента клиники — составляет 2 млн рублей. От 500 тыс. до 1,5 млн рублей можно отсудить у медучреждения в случае получения инвалидности вследствие врачебной ошибки.

Но уже через пять лет недовольные пациенты будут судиться и разбираться из-за плохого качества оказанных услуг не с больницами и клиниками, а персонально — с лечащим врачом, хирургом, анестезиологом.

По словам министра здравоохранения и социального развития Татьяны Голиковой, которая и инициировала перемены, на выплату страховых возмещений потребуется 20 млрд рублей в год. Основные расходы предусмотрены по направлениям травматологии, анестезиологии и реанимации.

Общественники уже заявили, что при таком объеме заложенных средств и нынешнем количестве судебных разбирательств, необходимо расширять перечень врачебных ошибок. А иначе появляется коррупционная составляющая: 400 дел максимум по 2 млн руб. является лишь каплей в море 20 млрд. Куда денутся остальные средства?

— Стоит задуматься об эффективном использовании этих сумм, например, расширив перечень страховых случаев. С другой стороны, следует учитывать, что количество обращений в суды сегодня неадекватно мало по сравнению с числом реальных конфликтов, — заявил «Газете.ру» президент Лиги защиты прав пациентов Александр Саверский.

Система в действии

Сама система страхования пациентов предполагает лицензирование врачей. Уже с сентября 2012 года все студенты мединститутов и университетов должны быть готовы к тому, что через пять лет им придется на американский манер получать лицензию на работу. Студенты последних курсов будут направляться на работу в больницы и поликлиники в качестве медсестер и медбратьев с целью приобретения практических навыков и определения специализации.

Выпускники 2017 года получат лицензии сразу, заявила Голикова. Те, кто уже работает — в течение переходного периода. Лицензия и будет предполагать страхование ответственности врачей перед пациентами.

Красноярский врач и депутат Городского совета Вадим Смирнов больше 25 лет в профессии. Перемены он воспринимает позитивно, но не понимает — зачем ждать столько лет. — Мы тоже люди, мы тоже понимаем все проблемы и не хотим, чтобы нас ставили в угол по каждому случаю. Нужно жить здесь и сейчас и принимать законы, которые начнут работать оперативно, а за пять лет очень много воды утечет.

По словам Смирнова, в последние годы вопрос качества медицинских услуг становится все более актуальным. И изменить ситуацию просто законопроектом о страховании ответственности врачей не удастся. Необходимо несколько этапов, в том числе и создание профессиональных экспертных сообществ, которые будут анализировать врачебные ошибки. «Кроме того, вы посмотрите сейчас на понятие врачебная ошибка! Оно такое расплывчатое, что им можно вертеть по-разному».

— Тот же хирург у операционного стола — он ведь не один работает, — говорит Смирнов. — Вокруг него еще несколько специалистов. И кто докажет — почему человек умер? Из-за неправильных действий хирурга, анестезиолога, или потому что его организм не выдержал операции? В моей практике был случай — у человека долго болел шов после операции. Уже в суд собирался обращаться пациент, но только потом все-таки удалось ему доказать — в течение месяца такие боли могут быть. Так его организм реагирует.

Меж тем Смирнов согласен, что отношения врачей и пациентов должны быть как можно прозрачней. Но докторам тоже нужна защита — защищать пациента рвутся многие адвокаты, а отстаивать интересы врачей в суде хотят единицы.

По словам адвоката и коллеги Смирнова по горсовету Александра Глискова, в Красноярске конфликты пациентов и врачей до судов доходят редко. «В глазах пациентов врачи — своего рода «мафия», с которой бесполезно судиться, так как они будут друг друга покрывать. Хотя, как показывает практика, в судах медицинские дела решаются с переменным успехом, во многих случаях иски пациентов удовлетворяются и с медицинских учреждений взыскиваются приличные суммы.

— На счет предполагаемых нововведений, думаю, они ухудшат ситуацию, — говорит Глисков. — Потому что клиника, хоть бюджетная, хоть частная, практически всегда платежеспособна. А вот физическое лицо, зачастую, ничего официально не имеет. Поэтому могут возникнуть проблемы с исполнением решений, что полностью обесценивает саму реформу.